Анекдоты, сонники, частушки

[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11]


Штирлиц зашел в кафе "Элефант" и долбанул шампанского. Шампанский
упал.

Штирлиц бродил по лесу в ожидании связи. Из-за куста вышла Кэт, и
связь состоялась.

Штирлиц увидел падающую башню.
- Пиза, - подумал Штирлиц.
- Пить надо меньше, - подумала башня.

Штирлиц увидел автобус с рожками.
- Троллейбус, - подумал Штирлиц.
- Сам ты, троллейбус! - обиделся автобус с рожками.

Штирлиц сидел у окна и крутил козью ножку. Коза жалобно блеяла, но
вырваться из крепких рук штандартенфюрера было нелегко.

Штирлиц долго смотрел, как пастор Шлаг шел на лыжах через
швейцарскую границу. "Да, тяжело ему", - подумал Штирлиц. Стоял июль 1944
года.

Штирлиц сел на шпагат. Шпагат лопнул.

Штирлиц ходил по рейхсканцелярии с расстегнутой ширинкой, из
которой выглядывали красные трусы. И никто не догадывался, что так он
отмечает Первое Мая.

Штирлиц пришел к выводу. Но Вывода не оказалось дома.

Штирлиц был извращенец. Поэтому во Вращенцах ему поставили
памятник.

Штирлиц уже пятый час стоял на своем. Это была любимая пытка
Мюллера .

Штирлиц шел по длинному коридору, на встречу ему шла Кэт. Два
эсэсовца несли за ней чемоданы.
- В отпуск!, - подумал Штирлиц.

Штирлиц подошел к явочной квартире и увидел на двери плакат: "Явка
провалена".
- Да, - подумал Штирлиц, - явка действительно провалена. Раньше было
написано просто: "Явка".

За Штирлицем следили. Их было семеро: Мюллер и шестерка Айсман.

Мюллер заходит в кабинет к Борману и видит, что Штирлиц валяет
дурака:
- Прекратите, Штирлиц, он и так уже грязный!

Штирлиц вошел в положение русской радистки. Затем вышел и поставил
ее в другое положение.

Штирлиц отправил донесение в Центр открытым текстом. Через пять
минут нему ворвались эсэсовцы.
- С первым апреля, - улыбнулся Штирлиц.
Эсэсовцы понимающе заулыбались, в это время в Центре хохотали до
упаду.

Штирлиц заложил ногу за ногу. На следующий день Ногу за Ногу
арестовали.

Штирлиц шел в кафе "Элефант" на встречу со своей женой. Ее уже в
четвертый раз везли через линию фронта и три границы, и каждый раз
оказывалось, что это не его жена.

Штирлиц рассказал пошлый анекдот и вогнал Мюллера в краску.
"Смотри, какой чувствительный", - подумал Штирлиц и закрыл бочку.

Штирлиц услышал по радио сводки, что немцы взяли Москву и подумал:
"Чего только с водки не услышишь!"




[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11]